Эксперты оценили, кому выгодно разрушение «Северных потоков»

Разрушение сразу двух веток газопровода «Северный поток» стало одним из самых резонансных международных событий последних дней. Уже мало кто сомневается в том, что речь идет именно о диверсии против российского экспортного трубопровода.

Кому выгоден выход из строя «Северных потоков»? Возможно ли восстановить трубы, как быстро и за чей счет? Какими могут быть последствия их разрушения для Европы и России? Как перезимуют страны ЕС без российского газа? Эти и другие вопросы на круглом столе в пресс-центре «МК» обсуждали специалисты: заместитель директора Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач; военный эксперт, капитан первого ранга запаса Василий Дандыкин; доктор технических наук, член Общественного совета при Минэнерго РФ Владимир Тетельмин.

— Что же все-таки произошло на двух нитках «Северного потока»? Можно ли с твердой уверенностью говорить о том, что была диверсия, и если да, то кому она выгодна?

Дандыкин: Считаю, что это не просто диверсия, а акт международного терроризма в чистейшем виде. То есть пример наглого и циничного решения каких-то своих экономических проблем таким путем. Какое-то время назад президент США Джо Байден сказал: мы не будем уничтожать «Северный поток», но мы не дадим ему работать. Ну а по факту случилось то, что случилось. На самом деле взрывы эквивалентны 100 кг тротила, разрушения, судя по всему, большие. Все это произошло в экономических водах Дании и Швеции. Соответственно, прерогатива этих стран — разбираться в случившемся. Германия дальше от мест разрушения, мы — еще дальше. И в силу санкций, конечно, у нас возможности для контроля за газопроводом сейчас невысокие. Насчет того, кому выгодно, — судите сами. Задолго до 24 февраля США и их верные союзники типа Польши пытались не допустить строительства «Северного потока-2». Была целая эпопея запретов, которая затянула это строительство на годы. Но тогда в Германии канцлером была Меркель, она поддерживала этот проект, и в конце концов труба была построена и техническим газом мы ее заполнили. Поэтому, в принципе, то, что произошло, — это, конечно же, удар по России. Потому что «Газпром» — главный акционер этих двух веток: и «Северного потока-1», и «Северного потока-2». Известно, что у нас были проблемы с турбинами на первой ветке, они в Канаде чинились, нам их не вернули из-за санкций… В результате объем поставок нашего газа в Германию упал почти до нуля. Но мерзнуть зимой немцам не хочется, и там пошла волна: давайте подключим «Северный поток-2», чтобы избежать экономического локаута. И вот на фоне этих разговоров «Северные потоки» выводят из строя, только одна нитка избежала повреждений. Конечно, это не выгодно ни нам, ни Германии. Без стабильных поставок нашего дешевого газа они рискуют потерять титул «локомотива европейской экономики». А вот выгодополучатели — это в первую очередь Соединенные Штаты Америки и примкнувшая к ним Великобритания. Они теперь могут рассчитывать на дорогостоящий сбыт своего сжиженного газа. Это очевидно! Ну и та же Польша, не скрывая, радуется диверсии. Потому что Варшава проложила газопровод из Норвегии, который позволяет ей быть хабом для поставки газа в Восточную Европу. Это принесет Польше приличные деньги.

— А есть ли какое-то понимание того, как именно американцы или британцы такую диверсию совершили?

Дандыкин: И США, и в какой-то степени Великобритания обладают возможностями для таких терактов. И самое главное, что незадолго до этих событий на Балтике проходили большие натовские учения, в которых впервые в этой акватории принимала участие серьезная группа американских кораблей. Это два универсальных десантных корабля, один водоизмещением под 45 тысяч тонн, второй поменьше, и эсминец типа «Арли Бёрк» (тип эскадренных миноносцев с управляемым ракетным оружием четвёртого поколения. — «МК»). И вот все они как раз крутились в точке будущего разрушения, потом поднимали вертолеты, смотрели. Как подрывали? На таких малых глубинах, как на Балтике (это 50 с лишним метров), где все в принципе просматривается, работать водолазам комфортно. Ну а если не водолазы, то это могут быть необитаемые подводные аппараты, которые имеются у этих стран. Я думаю, что в рамках НАТО могут быть обучены этому делу и поляки, уже говорят, что и на Украине есть потенциальные исполнители. Хотя на Украине в основном все подводные пловцы были уничтожены при атаках на остров Змеиный. И потом, мне кажется, что до такого «деликатного» дела ни поляков, ни украинцев их «старшие товарищи» бы просто не допустили. Ну а теперь они ведут себя по поговорке: «Держи вора!» Соответственно, ведут расследование их же друзья — Швеция, Дания… О допуске России, которая под санкциями, речи не идет. Как вы думаете, что они там нарасследуют? По-моему, вопрос риторический…

— Между тем вскоре после известных событий появилась информация о том, что «Северные потоки» были застрахованы на 17–18 млрд евро. Таким образом, возникла версия, что вся эта история может быть выгодна самой России: и деньги по страховке получит, и в Европу газ не пустит, оставит зимой без тепла. Такое возможно?

Гривач: Конечно же, «потоки» были застрахованы, потому что такая инфраструктура в принципе не может быть введена в эксплуатацию без соответствующих страховых гарантий. Но нужно смотреть сами документы, для того чтобы понимать, что является страховым случаем, в каких случаях выплачивается страховка и так далее. Тут уместны такие параллели: когда вы страхуете автомобиль, то, например, какой-то форс-мажор в виде теракта не является страховым случаем и вам денег не выплатят за пострадавшее имущество, если отдельно это не прописано и за это заранее не заплачено. Пока достоверной информации о том, что случившееся с «Северными потоками» — это действительно страховой случай, нет. Вообще-то страховые группы, которые занимались газопроводами, особенно «Северным потоком-1», уже должны были как-то заявить о себе, сказать, что мы тоже подключимся к расследованию, — ведь им, по идее, надо платить очень большие деньги. Но ничего подобного не слышно. Да и вообще, получить страховку в случае такого резонансного дела — какой-то мотив совсем уж глупый. Эта версия не выдерживает никакой критики.

— То есть вы тоже поддерживаете версию о том, что подрывы были выгодны странам Запада?

Гривач: Все — и наши, и западные политики — говорят в один голос, что Европе предстоит очень тяжелая зима и по мере ухудшения условий жизни людей может начаться (а кое-где, например, в Италии, уже начался) парад смены правящих партий во многих странах Евросоюза. Я не думаю, что кто-то из них всерьез готов поменять политическую повестку. Но так или иначе им нужны какие-то действия, которые снизят социальную и экономическую напряженность в их странах. И при таких раскладах скорый запуск «Северного потока-2» или восстановление прокачки по «Северному потоку-1» в результате переговоров были даже очень вероятны. Случись подобное, это была бы, разумеется, серьезная дипломатическая победа России, которую, очевидно, никто из тех, кто возглавляет борьбу против нашей страны на Украине, допустить не может. Ну вот эти «заинтересанты» и сделали так, чтобы у Европы даже мыслей не было о запуске «потоков». Тут стоит отметить, что одна из ниток не пострадала, но похоже, что атака против нее тоже была. Возможно, не столь удачная, как остальные. И опять-таки тот факт, что ни Россию, ни компанию-оператора пока не допускают на место происшествия (а точнее — преступления!), тоже свидетельствует о том, что есть какая-то потребность скрыть результаты расследования. Если бы западные «партнеры» были заинтересованы в максимально прозрачном расследовании, то им, наплевав на всякие санкции, нужно было обязательно приглашать Россию и тыкать нам в нос доказательствами нашей вины. Но ничего подобного нет и, похоже, не предвидится. А значит, западным «партнерам» есть что скрывать.

— А что вообще сейчас происходит с «Северными потоками»? Подлежат ли выведенные из строя нитки ремонту? И как скоро и за чей счет их можно вернуть в рабочее состояние?

Тетельмин: Магистральный газопровод принадлежит наполовину (точнее — на 51%) российскому «Газпрому», а вторая половина принадлежит европейским компаниям. Поэтому пострадала не только Россия, пострадал и европейский бизнес. Кто и сколько будет вкладывать в ремонт — это дело легко решаемое, самое главное, нужно все это ремонтировать, восстанавливать. Правда, скорее всего, это будет не нужно на первых порах. А нужно все 1200 километров трубопроводов законсервировать, оставить в таком же состоянии. Сейчас какая-то часть метана осталась в трубе — порядка 5–8 атмосфер. И этот газ не пускает морскую воду на всю длину магистрального трубопровода. Ну а проблема с той частью, которая будет заполнена морской водой, легко решается. Эту часть спокойно можно очистить от морской воды путем ее выдавливания, потом заполнить этот магистральный трубопровод консервантом, который не позволит развиваться коррозии. После чего эта часть трубопровода в 1200 километров может спокойно лежать на дне морском годами и даже десятилетиями и ждать своего пуска.

— Можно ли оценить ущерб, нанесенный газопроводам, и в какую сумму может вылиться их ремонт?

Дандыкин: Понятно, что разрывы на магистралях серьезные. Оценить ущерб сейчас нам практически невозможно, потому что Россию под предлогом санкций к поврежденной трубе не допускают, Западу это не нужно. Конечно, можно оценить потери, если сравнить с теми поставками, что шли по этим ниткам, скажем, год назад. Но ведь у нас уже было резкое сокращение поставок из-за санкций и до разрушения «Северных потоков». Сейчас у нас остается одна ветка на Украине. Белорусская ветка блокирована Польшей, которая, к своей радости, получила газ из Норвегии. Остальное идет через «Турецкий поток». Казалось бы, мы должны быть в минусе на фоне такого сокращения поставок в Европу. Но глава «Газпрома» Миллер недавно сказал: цены на газ такие высокие, что прибыли российской компании, несмотря на потери от «Северных потоков», которые вышли из игры, в два раза превышают доходы прошлого года. Поэтому убытки, конечно же, должны в первую очередь подсчитывать наши европейские партнеры. В особенности — главный импортер российского газа: Германия.

— Могут ли «Северные потоки» после этой диверсии не восстановиться и навсегда уйти в историю?

Гривач: Я бы все-таки не стал так ставить вопрос и не до конца согласен с коллегами по поводу того, что нужно обязательно законсервировать трубопровод и ничего сейчас не делать. Думаю, что предпринять попытку восстановить систему, при соответствующем отношении европейских партнеров, было бы возможно и, наверное, даже нужно — и в интересах России, и в интересах Европы. Потому что если в европейских столицах понимают, что это американцы провели такой теракт против европейской энергетической безопасности, то лучшим ответом было бы сделать шаг в противоположную сторону. А именно — восстановить систему и дать возможность Европе получить необходимые ей энергоресурсы. А то, что американцы были заинтересованы, способны и даже, в общем-то, угрожали в прямом эфире этой инфраструктуре, — непреложный факт. Кроме того, все помнят историю с твитом благодарности от бывшего министра иностранных дел и министра обороны Польши Радослава Сикорского, ныне члена Европейского парламента, возглавляющего там группу европейско-американской дружбы, в котором говорилось «спасибо США» и фото утечки. Можно ли себя еще больше изобличить? Все всё прекрасно понимают. Вопрос в том, как европейские лидеры готовы действовать. Готовы ли они следовать в фарватере политики США, продолжая деиндустриализировать свои страны, создавать экзистенциальные сложности для образа и уровня жизни европейцев или все-таки они готовы предпринять какие-то конструктивные шаги? Думаю, это мы увидим в ближайшие несколько недель. Намного раньше, чем станут известны доказательства чьей-либо вины.

Тетельмин: Надо говорить без обиняков, что такую диверсию могли совершить только Соединенные Штаты Америки вкупе с англичанами. Только они обладают такой современной технологией подрывов на глубине, тем более что этот магистральный газопровод был хорошо балластирован подушкой. И произошел не один, а сразу три взрыва, да еще и с временным интервалом. Конечно, американцы и англичане могли использовать польских и украинских водолазов — их руками разрушить трубопроводы. Но Вашингтон — это первый бенефициар, который наиболее заинтересован в том, чтобы не работали ни первая, ни вторая ветки. Вы помните, когда малайзийский самолет был сбит над Донецком? Там никто не сомневался, что нужно Малайзию привлекать к расследованию, и она была привлечена. Тут речь идет о нашей, российской трубе. Поэтому кто может помешать нам участвовать в расследовании? Воды практически международные, рядышком проходит линия разграничения. Мы сегодня, думаю, должны взять два мощных эсминца, подойти к этому месту и спокойно его обследовать. Можно нанять водолазов, которые будут представлять Германию, и обследовать, что же произошло там, пока места разрушений еще свежие, не занесенные илом, и пока нас не опередили вездесущие англосаксы. Которые потом преподнесут дело так, будто мы действительно виноваты. Тут, я думаю, надо поступать более решительно. Чего мы ждем? Это наша собственность была взорвана. Кто нам может помешать в расследовании? Дания? Германия? Они сами заинтересованы в честном расследовании.

— Как теперь Европа перезимует без российского газа? Есть ли у них для этого соответствующие запасы?

Гривач: Если говорить о запасах газа, то подземные хранилища европейские страны заполнили почти на 90%, с существенным опережением своих собственных планов. С другой стороны, насколько я понимаю, все равно энергобаланс у стран ЕС складывается не очень хорошо без физических поставок российского газа. Хоть какие-то объемы им нужны. Между тем ситуация склонна ухудшаться. «Северные потоки» остановлены. Транзит через территорию Украины под большим вопросом. У «Турецкого потока» есть проблема с отзывом экспортной лицензии у компании-оператора, что создает определенные риски с точки зрения эксплуатации оборудования, потому что запрещено теперь проводить сервисное обслуживание европейским компаниям. То есть ситуация очень шаткая с объемами газа. Еще один проблемный момент — сама готовность энергосистемы Европы к зимнему пику. И тут есть свои фазы неопределенности. Прежде всего — погодный фактор: никто пока не знает, какой будет зима в Европе. Более холодная, соответственно, будет провоцировать рост спроса на энергию, в том числе на газ. В результате для промышленности европейцы уже вышли на максимальные тарифы, для населения пытаются их сдержать. Но при высоких закупочных ценах это означает необходимость субсидирования этой разницы, увеличения расходов казны. Но лишних денег там нет, поэтому их придется занимать с рынка. То есть европейским странам светит увеличение кредитной нагрузки, и при этом все равно никто им не гарантирует плавное прохождение отопительного сезона.

Тетельмин: Доживет ли Европа без российского газа до весны? Доживет, наверное, но она при этом, образно говоря, вся вшами покроется от того, что у них не будет тепла, горячей воды, душа в должном количестве. Санитарно-эпидемиологические условия проживания в Европе зимой будут очень-очень тяжелыми. Их города рискуют оказаться в темноте. А если еще и зима будет суровая, то это обернется массовыми эпидемиями: все будут чихать и кашлять. Но они сами добровольно обрекли себя на эту беду. Если они покаются, приползут на коленях к России и попросят у нас газ, мы тогда дадим, отремонтируем «Северные потоки» — технологически это легко осуществить, потому что мы умеем это делать.

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.