Хавьер Камарена: «Публика – это часть магического процесса в опере»

Хавьер Камарена – участник гала-концерта Пласидо Доминго «Весна. Любовь. Опера». Не пропустите праздник музыки 10 мая в 20.30 в эфире телеканала «Россия – Культура».
Мексиканский тенор Хавьер Камарена имеет за плечами 16 лет сценического опыта в лучших театрах мира. Он начал свою карьеру в Цюрихе и позже сыграл множество разнохарактерных ролей в разных точках планеты. Сегодня в его репертуаре – Эдгардо («Лючия ди Ламмермур»), Рамиро («Золушка»), Тонио («Дочь полка»), и это далеко не полный список.

Хавьер Камарена – единственный вокалист в истории театра «Метрополитен-опера», выходивший «на бис» в трех разных постановках. И он хорошо понимает важность взаимодействия с аудиторией, в том числе – через новые платформы.

Маэстро Пласидо Доминго попросил артиста присоединиться к гала-концерту «Весна. Любовь. Опера», который состоялся в марте в российской столице. Камарена с радостью согласился. Мексиканский тенор впервые выступил на легендарной сцене Большого театра, и по его словам, этот опыт оказался для него бесценным.

10 мая зрители нашего канала имеют счастливую возможность увидеть этот парад вокалистов в эфире. А пока – подробнее о своем искусстве и выступлении в Москве Хавьер Камарена рассказал Алине Артес.

А.А. – В гала-концерте Пласидо Доминго приняли участие многие мировые звезды. Среди выступающих и Вы, и Оксана Дыка, и Эрвин Шротт, и, конечно, сам Доминго. Выходя на сцену, Вы чувствовали разницу оперных школ?

Х.К. – Я думаю, абсолютно правы те, кто считает, что музыка – универсальной язык. Все мы говорили друг с другом, понимали друг друга и любили друг друга через музыку. Я больше чувствую разницу в часовых поясах, чем в сотрудничестве с коллегами разных национальностей и школ.

А.А. – Что Вы можете рассказать о сотрудничестве с Доминго? Работать с ним сложно?

Х.К. – Как раз наоборот! Мы с ним сотрудничали уже много раз, и я могу сказать, что маэстро – один из самых профессиональных и доброжелательных людей, из всех, кого я знаю. Мне кажется, работа с ним – это привилегия и счастье.

Эрвин Шротт, Хавьер Камарена и Пласидо Доминго
Фото: Вадим Шульц
А.А. – В театрах – в России и за рубежом, до сих пор действуют некоторые ограничения. Это сложно – выступать в зале, который не заполнен полностью?

Х.К. – Скорее, сложно выступать перед камерами, без публики! А что касается зрителей, то наша профессия еще и в том, что нужно делиться. Публика – это часть магического процесса в опере. Отчасти верно, что артист живет за счет аплодисментов, и это особый отклик, уникальный способ общения певца и аудитории. Так что не имеет значения, заполнен зал на 50 процентов или на 25, любое количество зрителей – это счастье!

А.А. – У вас огромный телевизионный опыт. Вы участвовали в прямых трансляциях для проекта Met Live HD, и люди вызывали вас «на бис» снова и снова. Как Вам удавалось сконцентрироваться перед камерой?

Х.К. – Как я уже сказал, это действительно непросто. Но главная часть в этом процессе – наслаждение моментом и музыкой. Когда ты поешь, ты должен помнить, что по ту сторону экрана находится большое количество людей, которые будут трепетать и восхищаться вещами, которые проецирует артист. Так что, если момент нравится исполнителю, то и зритель это почувствует.

А.А. – Вы пели на лучших сценах мира. А как выглядит сцена Вашей мечты?

Х.К. – Это правда, что у меня был шанс петь на лучших площадках мира. И что я могу сказать? После пения в Большом театре, в театре «Метрополитен-опера», Королевском театре Мадрида, театре «Лисео», Парижской опере, во Дворце изящных искусств в Мехико, я считаю, что все, что принесет мне жизнь, будет благословением.

Хавьер Камарена
Фото: Дарио Акоста
А.А. – Вас называют одним из лучших исполнителей роли графа Альмавивы. Как Вы думаете, почему именно эта роль принесла Вам успех?

Х.К. – На самом деле не только она принесла мне успех, да и пел я ее очень давно. Но мне эта роль действительно очень дорога, потому что в ней было столько всего сложного и в музыкальном плане, и в плане характера (личность, мотивы, действия, реакции). Мне потребовалось несколько лет, чтобы по-настоящему прочувствовать этого героя и научиться воплощать в жизнь эту сложную, веселую и удивительную роль. После того, как я вошел во вкус, публика наслаждалась вместе со мной всеми забавными моментами этой невероятной оперы.

А.А. – А какой образ Вам ближе всего сейчас?

Х.К. – Наверное, это Эдгардо в опере Доницетти «Лючия ди Ламмермур». Обожаю исполнять эту роль!

А.А. – Многие говорят, что современный классический певец должен быть универсальным артистом: хорошо петь, отлично танцевать, талантливо преподносить свой образ. Вы согласны с этим?

Х.К. – Частично! Опера – это древняя форма искусства, в которой человеческий голос является наиболее важным элементом для его существования. Танцы, игра, движение, выступления перед камерой – все это приходит вместе с новыми способами донести оперу до людей. Пока это все не отвлекает зрителей от художников, я не против такого подхода, но все же голос всегда должен быть самым важным инструментом для оперного певца.

А.А. – Что изменилось в Ваших планах на будущее? Наверняка COVID скорректировал Ваш график?

Х.К. – Эта ситуация была ужасной для многих творческих людей! COVID потряс человечество и изменил образ жизни всего мира. При таком количестве театров, мюзик-холлов, оперных театров, закрытых из-за пандемии, все художественное сообщество было лишено работы. Конечно, мои планы пришлось менять, и я думаю, что так и будет продолжаться, пока вся эта ситуация не окажется под контролем. На данный момент у меня в календаре несколько выступлений уже на следующий год – концерты в Испании в мае и июне 2022 года и «Лючия ди Ламмермур» в театре «Лисео» в Барселоне, тоже следующим летом. Надеюсь, мы сможем увидеться со зрителями.

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.